Информация о городе
Городские новости
История Харькова
Места отдыха
герб Харькова finance.ua
отдых в Харькове
Отдых
О Харькове
Полезное
Гороскоп от ignio.com

Весна всегда новая- комунальный жанр Харькова всегда старый

«Все течет, все меняется»- утверждал философ. «Все течет, но ничего не меняется»- упрямо возражает ему каждая харьковская весна! Каждый год весна начинает новый отсчет старых проблем. Текущие крыши, непроходимые тротуары, необеспеченные услугами коммунальные счета! Мы стали сетовать на весну, и обвинять ее во всех неприятностях. Забывая, что эти неприятности с нами всегда, независимо от температуры воздуха и атмосферного давления. Поэтому наши весенние проблемы, отнюдь не весенние А классика всегда вне времени, вне календаря.
В сегодняшнем выпуске «Телевизионного перекрестка» – популярные классические истории коммунального жанра. Место действия – Харьков, время действия – весна, действующие лица – харьковчане, исполнители – отсутствуют.
Украинские власти непрестанно трудятся для своих граждан, стремясь поднять, и еще раз поднять их уровень жизни. Кстати, за их же счет, бюджетный. Так недавно повысили минимальную заработную плату до 237 гривен в месяц. Однако, тут же возросли цены на основные продукты питания. Граждане Украины продолжают подсчитывать убытки.

По данным социологических опросов, украинцы в последние 2-3 года, стали больше работать, чаще болеть и чаще грустить. Кроме того, они стали чаще курить и чаще выпивать. Это общий вывод социологов, но в нем есть и свои частности. Например, харьковчане стали чаще всех воевать с коммунальными службами.

Этот дом по проспекту Гагарина не хуже и не лучше других домов. Стандартная панельная девятиэтажка. Все квартиры в ней типичные, кроме, пожалуй, 28-ми квартир. Что их объединяет? Ничего особенного. Просто все они расположены на 9-х последних этажах. Просто у них одна текущая крыша. И в каждой квартире своя маленькая трагедия.
Жительница последнего этажа: Во-первых, сырость в квартире, плесенью воняет, сыплется штукатурка. В квартире просто нет места, где поставить детскую кроватку, не говоря уже о том, что дети болеют очень часто.

В квартире № 105 живут шестеро взрослых и четверо детей. Мал -мала меньше. Детские вещи нельзя сложить в шкаф, потому что там они плесневеют. А, кроме того, из-за замкнувшей электропроводки верхнего света в квартире нет. В 107 квартире штукатурка не сыпется. И свет есть. Пока.
Жительница последнего этажа: Вот у нас верхний свет сейчас есть, потому что мы недавно сделали капремонт. А что мы имеем, у нас теперь все, как говорится, пошло насмарку. Все, все у нас потеряно, а сколько мы вложили. Мы все стены переделали, электропроводку, все.
Жильцы квартиры № 143 к течам уже привыкли. Течет давно и по всему периметру квартиры. Но нынешней весной стало хуже.
Житель последнего этажа: Вот стоит 2 кровати. Они стояли по центру. Попадало на кровати, и вот раздвинули. Теперь здесь проход, чтоб кровати не пострадали. Укрываем полиэтиленом на всякий случай.

И в 179 квартире текут потолки. И верхнего света тоже нет. Но хозяйку больше беспокоит другая беда.
Жительница последнего этажа: Четыре раза в год я делаю ремонты, потому что течь без конца беспокоит. И в результате у меня кисти рук больны. Вся пенсия моя как участника войны идет только на одни лекарства.
Что самое интересное, общую на семь подъездов крышу ремонтировали неоднократно. На протяжении 12 лет, как она дала течь, чуть ли не каждый год. Регулярно тратились деньги, а результат нулевой. Последний раз в 2001 году крыша была отремонтирована капитально. Это по документам. 40 тысяч за свою работу получила некая фирма «Аллюр». И что?
Жители последнего этажа: Стало еще хуже. В зале были такие небольшие потеки, сейчас течет просто невыносимо. В потолке дыры появились, т. е. невыносимо просто жить.
Когда было очень много снега, вода текла на нас. И ужасно просто.
Это действительно пытка, пытка, переходящая в какое-то издевательство.
Мы устали жить в этом аду.

В 2003 году крышу дома № 41а по пр. Гагарина снова ожидает капитальный ремонт. 80 тысяч выделяют депутат горсовета и Коминтерновский райисполком. Но жильцы подсчитали, для того, чтобы ремонт крыши действительно был капитальным, необходимо 160 тысяч. И тогда их объединят мир, покой и уют под одной крышей. А иначе…
Жительница последнего этажа: Опять ни два, ни полтора. Сделано будет частично, и опять будет течь.

ЭПИГРАФ
«До тех пор, пока силою законов и нравов будет существовать социальное проклятие, которое среди расцвета цивилизации искусственно создает ад…до тех пор, пока будут царить на земле нужда и невежество, книги, подобные этой, окажутся, быть может, небесполезными». Виктор Гюго «ОТВЕРЖЕННЫЕ»

Не так давно в этом районе строительство было запрещено. Это Сокольники. Лесопарковая зона. Приятное сочетание близости к центру и природе. Запрещай, не запрещай, а строиться тут все равно будут. Потому что нет такого запрета, который бы не смогли преодолеть городские власти во благо родного города и его жителей. Правда, и дома тут вырастают под стать району – роскошные. Однако ж на каждую бочку меда найдется ложка дегтя. Вот посмотрите. Только не путайте эти постройки с сараями. Это жилые помещения. Для людей. Так называемый ветхий жилой фонд. Туалетов нет, воды нет, и мусорных контейнеров нет, и дорог нет, и вообще, ничего тут нет. А в доме № 5 квартире 1 и света с 4 февраля нет.

Екатерина Ковальчук: Ситуация в тупике. Вот с 4 февраля сижу без света. И весь парадокс заключается в том, что меня ни в одной коммунальной службе нет в списках. Я не значусь в списках жильцов.

Екатерина Ильинична Ковальчук не значится в списках жильцов этого, с позволения, сказать дома, несмотря на то, что прожила в нем 13 лет и вырастила двоих детей.
Екатерина Ковальчук: Был горпитомник №1, потом АП «Сокольники», потом начали меняться названия, то «Валентина», то «Шелковичное». Менялись директоры, менялось начальство, к кому я ни обращалась, никто меня прописывать не хотел.

Не нужно быть специалистом, чтобы догадаться, это жилье ветхое. А в ветхое, как известно, не прописывают. Правда, следуя той же логике, его и снести нужно было 13 лет назад. А, может, и еще раньше. Его, скорее всего, и построили ветхим. Но так или иначе людей в него заселили, прописали и несколько десятков лет они жили, надеясь на скорое улучшение жилищных условий. И если бы городские власти во благо города и его жителей не разрешили застройку «Сокольников», надеждам этим так и не суждено было бы сбыться. Теперь бараки, скорее всего, снесут. Их жильцы, скорее всего, получат квартиры. И только Екатерина Ильинична Ковальчук, которой нет в списках жильцов, рискует остаться на улице.

Екатерина Ковальчук: Вы понимаете, что я лишний человек. Это лишняя жилплощадь.
В роскошном районе строятся роскошные дома. Здесь будет жить роскошная публика. Безусловно, достойная. Иначе бы власти никогда не разрешили застройку лесопарковой зоны. И только маленькая женщины, вырастившая двоих детей и 25 лет проработавшая учительницей, останется без крыши над головой.

Эпиграф:
«Жизнь надо прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое, и чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире – борьбе за освобождение человечества». Николай Островский « Как закалялась сталь».

Терпению и выдержке жильцов этого дома, что на Плехановской, 121, позавидовал бы даже Павка Корчагин. Уже больше 2-х лет они воюют со своим Жэком № 4, своим заводом - имени Малышева и со своими невыносимыми жилищными условиями! Стены рушатся, потолки облетают, трубы гниют, лифты стоят. Коммунальные службы продолжают делать вид, что работают, жильцы продолжают делать вид, что живут.

Жильцы общежития: Я живу на 13-м этаже. Вода у нас горячая поступает очень тяжело. Пускай холодная вода – бог с ним! Трубы не меняются! У нас 2 раковины на кухне – на 12семей! С одной постоянно течет, вторая – более - менее нормально. 2 остальных просто не работают, там нужно менять стояки.
На кухню утром нельзя зайти. Запах газа такой идет, то есть газовые плиты – в 1975 году дом сдавался, и плиты не менялись.
А лестница. У нас лифты отключили. Уже неделю не ра ботают. Идешь – темная лестница, всю жизнь – сколько я здесь живу уже больше 10-ти лет. Никогда фонаря на этой лестнице не было. Это ужас – после девяти вчера идешь и боишься.

На войне, как на войне. На войне всегда страшно, на войне всегда есть жертвы. И вот одна из них. Жительница дома на Плехановской, 121 - Алла Огаркова. 3 месяца назад еще была совершенно здорова. Поскользнулась прямо возле подъезда, упала, поломала ногу. Теперь сидит в 4-х стенах, и ждет, когда лифты заработают. Спуститься с 6-го этажа уже неделю не может. А требуется срочная операция.
Жилец общежития: Прорвала труба, и воду выливали на улицу. Потом трубы отремонтировали, надо было хоть этот лед убрать, посыпать.

Надо сказать, что жильцы дома на Плехановской,121, уже давно подготовили ответный удар коммунальным службам. Правда, пока о его результативности говорить рано. Жалобами, исками и письмами стойких коммунальников не так легко донять.
Анатолий Ряснянский – представитель Харьковского городского Союза потребителей коммунальных услуг: С октября месяца 2002 года мы начали проводить уставную деятельность на территории этого дома, и мы обо всех нарушениях и недостатках сообщали в адрес администрации ЖЭКа . Должной реакции эти обращения не нашли, кстати, как и все предыдущие обращения жильцов в самостоятельном индивидуальном порядке. Более того…2 декабря 2002 года был направлен иск в интересах жильцов – иск против ЖБК завода имени Малышева в Коминтерновский суд. В настоящий момент о судьбе продвижения иска – не известно.

Воспользовавшись временным затишьем в отношениях, жильцы разрабатывают новую тактику ведения боевых действий с коммунальниками. Они объявляют бойкот своим, так называемым, жилищным условиям, и частично перестают за них платить. Результат? Опять не в пользу жильцов. Результат – в пользу продолжения войны.

Жильцы общежития: Теперь буквально месяц или 2 назад опять метраж увеличился. Опять у нас появился, неизвестно откуда, метр. То было 29, теперь уже 30! Как мне объяснили, в это все входит площадка возле лифтов, наш расширитель между этажами, коридор, кухня – все это входит туда.
Дело в том, что эти метражи не отапливаются, но отопление с нас берут регулярно!
Журналист: Пробовали жильцы дома на улице Плехановской, 121 даже объявлять перемирие. Задавшись целью оплатить все услуги коммунальных служб. Но не тут то было!
Жилец общежития: С сентября месяца мы платим. Но у нас только перечислили, почему-то с января. Приходим в бухгалтерию выяснять эти отношения, из расчетного, говорят, не подали. В расчетный приходим- говорят, выясняйте там, в бухгалтерии. 3 месяца где-то потерялись.

Теряются месяцы, теряются годы, теряются люди. Да, здесь, на улице Плехановской, 121, потеряться легко и растеряться легко. И пройти мимо лежащего рядом с подъездом трупа – тоже легко. Разруха и война идут бок о бок! Впрочем, в стане противника обстановка не столь удручающая! Почувствуйте разницу!

Эпиграф:
«Я встаю. Я очень спокоен. Пусть приходят месяцы и годы, - они уже ничего у меня не отнимут, они уже ничего не смогут у меня отнять». Эрих Мария Ремарк «На западном фронте без перемен».

Был в Коминтерновском районе 97-й ЖЭК. Впрочем, почему был, он и теперь есть, во всяком случае, вывеска у него осталась старая. Но на самом деле, уже больше года этот ЖЭК вовсе не ЖЭК, а ООО »Жилсервис-97». В чем разница? А в том, что ЖЭКом руководил начальник. ООО руководит директор. Был штат 83 человека, стал 50. Как бы, все изменилось. Все, да не все.

Юрий Солдатенко, директор ООО »Жилсервис97»: Количество домов то же самое, закрепленная территория та же, население то же самое.

А потому остались старыми и проблемы, связанные с домами, территорией, населением. Вывоз мусора, замена труб, латание крыш и долги по квартплате. Квартплата –единственный источник доходов любой жилищно-эксплуатационной организации, как бы она себя не называла. Руководство «Жилсервис97» нашло оригинальный метод работы с должниками.
Юрий Солдатенко: Мы взяли на работу юриста.

Метод подействовал. И теперь за квартиру платит 87% населения, в то время как раньше платило не более 50. Далее в ход пошла экономия. Сокращение штата уборщиц, переход на единый 10% налог. Но расходы остаются колоссальными.
Юрий Солдатенко: Это вывозка мусора, мы оплачиваем ежедневно. Лифты, электроэнергия, зарплата и налог единый 10% вот это составляет 95%. На материал практически ничего не остается.
А потому любые строительные и сантехнические работы все равно проводятся с привлечением средств жильцов. Подъезды убираются раз в две недели, и только нижние три этажа. Словом, значительных улучшений от перемены названия в работе ЖЭКа не произошло.
Юрий Солдатенко: А лучше и не может быть. Если взять старый ЖЭК, при советской власти, мы только часть функций выполняли, все остальное делали РСУ, которых сейчас нет в Харькове.

Много сейчас экспериментируют с жилищно-коммунальным хозяйством. Тут тебе и старые ЖЭКи, тут и ООО. Есть еще и СМД, т.е. совладельцы многоквартирных домов. А то и вовсе ничего нет. А разница в чем? Увы, только в названии.

Вчерашним писателям – классикам не понять нашей сегодняшней жизни. Жизни, которую мы уже не можем представить без коммунальных проблем. Когда считаешь ямы на дорогах, переполненные мусорные баки и дыры в крышах. Когда каждую секунду испытываешь свое терпение, свои ботинки и подставляешь свою голову.
Впрочем, мы к этой жизни уже привыкли. Это наша сегодняшняя классика – классика коммунального жанра.

Популярные новости города
© Наш Харьков. При копировании материалов сайта гиперссылка на raix.kharkov.ua обязательна
Карта сайта: [1] [2] [3] [4] [5]
Для связи с администрацией пишите на andsale@hotmail.com